Выдуманные и реальные смешные истории !!!

[proksi]

В двенадцать в Сеченовке большой перерыв между парами, и в столовую шумною толпою устремляется студенческое море: кто успел прибежать, тот и съел.

А кто не успел занять место, тот остаётся без обеда или скачет вприпрыжку из универа: покупать изобретение корейских химиков – жёлтую лапшу, вызывающую обморок у поджелудочной и размышления о смысле жизни у кишечной микрофлоры.

А вот без двадцати одиннадцать в столовой можно перекусить без конкурентов – правда, в цейтноте (перемена десять минут). Юных раздолбаев обслуживает Маргарита Викторовна – существо тихое, доброе, от которого никогда не слышали ничего кроме «приятного аппетита», «пожалуйста» и «не забудьте сдачу».

Ярик, в силу любви к еде вообще, и к творожным ватрушкам в частности, завёл с Маргаритой Викторовной понятную дружбу. Дружба эта конвертируется в различные преференции: компоты без недолива, борщи с четырьмя кусочками мяса вместо обычных двух, увеличенные пончики (они, как известно, никогда не бывают одинакового размера. Кроме того, пончики известны тем, что по-разному напудрены сахаром).

Взамен Маргарита Викторовна получает возможность поговорить с кем-нибудь о разведении персидских кошек, которых у неё шесть штук.

Как-то раз на короткой перемене Ярик зашёл подкрепить падающие силы ватрушками. Маргарита Викторовна выглядела меланхолично и даже не сразу его узнала.

- Что случилось, Маргарита Викторовна? Отравили кошек?

- Ах, если бы... Меня подозревают в воровстве еды из столовой, - грустно произнесла Маргарита Викторовна. – Может быть, даже уволят.

- А вы воруете? – непринуждённо поинтересовался Ярик.

- Конечно, нет!!

- Ну так в чём же дело?

- Понимаешь, Ярослав, это очень странная и загадочная история. Мистика!

Каждое утро, с восьми до девяти тридцати, я закрываюсь на кухне и леплю котлеты. По понедельникам свиные, по вторникам и четвергам куриные, по средам – рыбные.

- Так.

- Потом я их жарю на противнях в духовке.

- Так.

- И складываю готовые котлеты в большую тёплую кастрюлю – ну, чтобы не остывали.

- Так. Пока ничего странного и загадочного.

- А вот слушай. Потом я на двадцать минут выхожу из кухни и закрываю её на ключ, а сама расставляю в столовой чистые подносы, развешиваю меню, поливаю цветы и так далее. И в эти двадцать минут происходит что-то страшное и необъяснимое… Когда я возвращаюсь на кухню, в кастрюле оказывается меньше котлет, чем было!

- Хммм… Кухня заперта на ключ? В неё никто не может войти?

- Абсолютно!

- А где в это время ключ?

- Здесь! – Маргарита Викторовна шлёпнула себя по нагрудному карману, отчего бюст заколыхался, как студень.

- А вы случаем не сомнамбула?

- К-кто?

- Лунатик. Нам, Маргарита Викторовна, рассказывали на лекции про интереснейший случай – один мужчина работал краснодеревщиком и часто выполнял во время работы однообразные действия. Так вот, когда он тёр деревяшку наждачной шкуркой, это его гипнотизировало. Он входил в транс, прекращал работу и шёл в трактир пить вино. Где-то через полчаса он возвращался к своей деревяшке, выходил из транса и моментально забывал про посещение трактира.

Маргарита Викторовна насупила брови и посмотрела на Ярика таким взглядом, что тот закашлялся.

- Ты хочешь сказать, я вхожу в транс, расставляя подносы? – недобро спросила она.

- Нет, я только предположил. Забудем об этом.

- А другие версии у тебя есть?

- У меня – нет. Но Тёма наверняка что-нибудь придумает. Он – мозг.

Своего лучшего друга мозга Ярик нашёл выходящим с лекции по внутренним болезням – судя по мятой щеке, Тёма славно на ней выспался.

Выслушав Ярика, он заметил:

- Круто. Такие загадки я люблю. Думаю, надо взглянуть на нашу кухню изнутри. Нас пустят?

- Конечно!

Маргарита Викторовна смогла показать студентам своё хозяйство только вечером, когда занятия кончились. Хозяйство было внушительным. Две плиты, духовки, чаны и кастрюли, морозильник, умывальник и одно большое окно, глядящее на парк – такова была кухня.

- Н-да, - заключил Тёма. – Как думаешь, в морозильнике или духовке поместится маленький голодный карлик?

- Не поместится.

- Согласен. Тогда – остаётся окно. Версия перспективная, хотя здесь и третий этаж. Скажите, Маргарита Викторовна, вы ведь открываете окно, когда готовите?

- Открываю только форточку.

Тёма посмотрел на форточку. Форточка была крохотной.

- Как думаешь, Ярик, в такую форточку мог бы пролезть маленький голодный карлик?

- В такую форточку даже моя нога не пролезет.

Тёма вздохнул:

- Тогда остаётся один выход. Завтра утром мы поставим напротив кастрюли ноутбук с веб-камерой, и в прямом эфире по Скайпу увидим, кто ворует котлеты. Вай-фай добивает до кухни, Ярик?

- По-моему, да!

На следующее утро загадка разрешилась. В полдесятого, как только Маргарита Викторовна закрыла дверь кухни, в форточку влетела серая ворона – умнейшая и организованнейшая птица среди пернатых. Зажав в клюве котлету, ворона вылетела, и в форточку моментально влетела другая.

За второй птицей влетела третья. За третьей четвёртая. Тут Тёма и Ярик не выдержали: они выбежали на улицу и увидели редкое зрелище – весь вяз, стоявший напротив кухни, был усыпан воронами. Птицы не только соблюдали удивительную тишину и не каркали – они проводили налёт на кухню по хитроумному плану. Ворона, собиравшаяся атаковать форточку, сначала перелетала на ближайшую к окну ветку – а от неё до окна оставалось уже полметра. Таким образом, атака проходила почти незаметно для посторонних глаз – Тёма и Ярик вряд ли разглядели бы что-то необычное, если б заранее не знали, куда смотреть.

Маргарита Викторовна была спасена. Правда, с того дня она терпеть не может птиц, и в меню универа вместо жареной курицы всё чаще попадаются сосиски.